Jump to content
Сектоведческий форум
  • entries
    60
  • comments
    704
  • views
    382,756

Иваненко Против Балагушкина

Неожиданный отзыв... Балагушкин, при всей его беспомощности, вроде, вполне сектозащитный был всегда. Разве что, пытался не делать это столь открыто и бесстыдно, как Иваненко. Видно, ему даже такая позиция ему теперь уже не подходит? наехал очень резко:

 

Цитировать

Сергей ИВАНЕНКО

 

 

 

обложка«Призрак коммунизма» эпохи перестройки: о книге Е.Г. Балагушкина о нетрадиционных религиях в современной России

 

 

 

«Куда деться от снов и призраков прошлого, которые приходят к тебе незваными гостями?» задавал риторический вопрос один из наиболее известных немецких писателей прошлого столетия Эрих Мария Ремарк (1898-1970).

 

Новая книга одного из старейших российских религиоведов Евгения Геннадиевича Балагушкина[ii] напомнила мне эти крылатые слова Ремарка из романа «Земля обетованная»[iii].

 

Назвать монографию маститого религиоведа научной работой невозможно. В издании вообще нет ни одной ссылки на источники, публикации, архивные материалы. Вместо этого – поток воспоминаний и личных впечатлений.

 

Насколько они достоверны? Приведу только один пример, в котором, как в капле воды, отражается весь «океан».

 

Автор рассказывает об ученике Шрилы Прабхупады Анатолии Федоровиче Пиняеве (13 мая 1948 — 3 июня 2013 г.), называя его «Пеняев»: «он присвоил себе титул махараджа и изготовил в качестве символа этого высшего религиозного и светского статуса трехметровый ритуальный жезл. Однако вскоре он его потерял, когда, будучи в подпитии (хотя это строжайше запрещено у вайшнавов), убегал от милиции по вагонам пассажирского поезда» (с. 18).

 

В этом отрывке соответствует действительности только то, что вайшнавы не употребляют алкоголь. Все остальное – неверно. А.Ф. Пиняев не был самозванцем-«махараджем», мифом является и повествование о том, что он убегал от милиции с трехметровым жезлом.

 

На самом деле в 1973 году Анатолий Пиняев заочно получил от Шрилы Прабхупады духовное посвящение и имя на санскрите Ананташанти дас, а в 1979 году, в полном соответствии с канонами Международного общества сознания Кришны, принял санньясу (монашеский обет) и получил духовное имя Анантатиртха Госвами. Однако уже в 1980 году он потерял свой статус санньяси, женившись и нарушив, тем самым, монашеские обеты.

 

Читатель, который рассчитывает узнать из книги Е.Г. Балагушкина новые и достоверные факты, будет разочарован. Новые «факты», о которых пишет автор, не являются достоверными, а то, что является в его издании достоверным, нельзя назвать новым.

 

Е.Г. Балагушкина принято считать исследователем философских (наиболее общих) закономерностей развития религии, способным открывать «глубинные» особенности новых религий. В его книге можно найти претензию на то, что он нашел и сформулировал коренное отличие «старых» религий от новых.«Несомненно, - утверждает автор, - эти новые религиозно-мистические иллюзии – все тот же духовный наркотик… Если религия, как говорил Маркс, - это опиум народа… есть все основания считать, что старые религии несколько ослабли в своем наркотическом воздействии, зато новые предлагают верующим религиозный опиум особой крепости и силы» (с. 8-9).

 

Этот вывод мог бы представлять интерес в годы «перестройки»[iv], когда и лучшие, и посредственные «бойцы идеологического фронта» стремились приспособить марксизм-ленинизм к меняющимся реалиям. Иначе осмыслить в марксистских категориях сущность религии, обосновать (с позиций коммунистической идеологии), что с традиционными религиями можно и нужно вступить в диалог и развивать сотрудничество. А с новыми религиями – вести непримиримую борьбу.

 

В современных условиях эти умозаключения и дискуссии представляют интерес только для специалистов по истории философии и общественной мысли.

 

Книга Е.Г. Балагушкина – своего рода «призрак коммунизма» эпохи перестройки, который появился на полках книжных магазинов на рубеже 2013 и 2014 года. Автор уделяет основное внимание проблемам, которые волновали идеологических работников в период горбачевской «перестройки», использует набор стереотипов и мифологем того периода.

 

Книгу открывает раздел «Вместо предисловия. И здесь нам тоже нужна перестройка…». Е.Г. Балагушкин сообщает читателю, что «новое мышление приносит свои благодатные плоды… официально зарегистрированы кришнаитские объединения в Москве и Прибалтике» (с. 11). Если учесть, что Московское общество сознания Кришны было зарегистрировано в 1988 году, это уже давно не новость. Скорее признак того, что текст писался в уже далекие восьмидесятые годы.

 

В следующей главе – она называется «Мои «друзья» кришнаиты». Евгений Геннадьевич сообщает, что в самом начале «перестройки» встретился в Москве, в Центральном доме научного атеизма, с кришнаитами, которые «сразу же удивили своей непохожестью на традиционных сектантов». Автор ожидал увидеть ущербных, малообразованных, культурно отсталых людей, а кришнаиты оказались вполне современными представителями молодежи. «У меня даже мелькнула шальная мысль, - откровенно пишет Е.Г. Балагушкин, - а не засланные ли это к нам американские морские пехотинцы?» (с. 15).

 

В издании приводятся данные о численности кришнаитов в России (80 тысяч человек) и социологических характеристиках общины кришнаитов. Но не всему, сказанному в книге, можно доверять. Так, утверждается, что доля женщин очень незначительна и едва достигает десятой части от общей численности кришнаитов (с. 20). Это утверждение не соответствует действительности, и посещение храмов Общества сознания Кришны (ОСК) в России, и результаты социологических исследований показывают, что женщины составляют более 50% среди последователей ОСК.

 

Автор разоблачает «современный кришнаизм западного мира», этому посвящено приложение 1 (с. 182-234). Речь идет, в частности, о том, что «авторитарность – главный организационный принцип секты кришнаитов» (с. 213-216). Один из разделов приложения Е.Г. Балагушкин назвал «Мертвые при жизни: кришнаитская отстраненность от реального мира» (с. 216-234). Все это очень похоже на то, что было написано тридцать лет назад в брошюре Балагушкин Е.Г. Критика идеологии и практики современного кришнаизма. — М.: Знание, серия «Научный атеизм», 1984 – 64 с.

 

Убежден, что именно практика является критерием истины и за прошедшие десятилетия жизнь показала, что представляют собой кришнаиты в нашей стране и в мире. Так, они «показали свое истинное лицо», активно занимаясь программой «Пища жизни». В настоящее время гуманитарная миссия «Пища жизни» действует в более чем 60 странах мира. Ежедневно по всему миру волонтеры «Пищи жизни» раздают нуждающимся более миллиона бесплатных порций вегетарианской еды.

 

Главное достояние гуманитарной миссии «Пища жизни» - это доброе имя, репутация благотворительной организации, которая не замешана в коррупции и честно тратит все средства на помощь нуждающимся. Многие люди и организации, жертвующие финансовые средства на программы «Пищи жизни», не связаны с вайшнавской традицией, однако с доверием относятся к гуманитарной миссии «Пища жизни».

 

Социальное служение кришнаитов включает развитие благотворительных программ, пропаганду здорового образа жизни и семейных ценностей, духовно-нравственных путей преодоления опаснейших социальных болезней (пьянства, курения, наркомании).

 

Важная социальная миссия Общества сознания Кришны – содействие укреплению дружеских духовных и культурных взаимоотношений между Россией и Индией. Культура Индии неразрывно связана с религиозными ценностями, поэтому Общество сознания Кришны как религиозная организация со строгим каноническим укладом воспринимается индийским обществом и руководством Республики Индия в качестве своего рода «посольства индийской культуры и духовности».

 

Жаль, что в монографии Е.Г. Балагушкина нет ни слова о реальных делах кришнаитов, их социальной активности, помощи нуждающимся, благотворительных программах.

 

Одна из ключевых функций религиоведения – это формирование уважительного отношения к свободе совести, предполагающего толерантность к религии как социальному явлению, включая многообразие различных форм религиозных верований, а также терпимость к свободомыслию, агностицизму и к тем разновидностям атеизма, которые не носят «воинствующего» характера, порождающего попытки насильственного подавления и искоренения религии.

 

Религиоведение способствует социальной интеграции[v], выполняя важную для поддержания социальной стабильности, интегративную функцию.

 

Интегративная функция религиоведения направлена не на стирание религиозных различий, а на объединение людей, по-разному относящихся к религии или принадлежащих к различным религиям в рамках одной системы нравственных и мировоззренческих ценностей и идеалов, содействие формированию культуры межрелигиозного диалога и сотрудничества.

 

В отношении новых религиозных движений и их последователей нередко складывается атмосфера вражды и нетерпимости[vi]. К сожалению, новая книга Е.Г. Балагушкина вносит свой вклад в усиление нетерпимости и подозрительности к новым для нашей страны религиям, в том числе к ОСК.

 

Между тем, религиоведение обладает достаточным потенциалом для того, чтобы предоставить объективную информацию о новых религиозных движениях.

 

В современных условиях особую актуальность представляют несколько тезисов.

 

1. Все традиционные религии когда-то были новыми религиозными движениями. Они, как правило, на начальных этапах своей истории пережили период преследований и дискриминации, прежде чем стали уважаемыми и полноправными религиозными организациями. В современных условиях нет никакой необходимости подвергать новые религии «испытанию на прочность». Те из них, кто сможет обрести последователей и принести пользу людям и обществу, будут жить и развиваться, остальные сойдут с исторической арены.

 

2. Стать последователем нового религиозного движения – не преступление, а право каждого человека. Это право вытекает из принципов свободы совести.

 

3. Абсолютное большинство последователей новых религиозных движений в России являются людьми российской культуры, причём эта культурная идентичность для них гораздо важнее, чем религиозные верования. Более того, под воздействием российской культуры неизбежно будет эволюционировать идеология и практика любого нового религиозного движения: те элементы религиозного сознания и поведения, которые не коррелируются с российскими культурными нормами, будут ослабевать и исчезать, а то, что «созвучно» отечественной культуре, будет развиваться и крепнуть.

 

4. Религиозные организации, в том числе новые, имеющие руководящие центры за рубежом, не являются «иностранными агентами». Как, например, не являлась «агентом Византийской империи» Русская Православная Церковь в тот период, пока она не стала автокефальной (самостоятельной; де-юре с 1589, де-факто с 1448 года) и находилась в юрисдикции Константинопольского Патриархата. Последователи новых религий – не меньшие патриоты, чем другие граждане.

 

5. Общество и государство заинтересованы в религиозном мире и согласии, в том числе во взаимоотношениях последователей новых религиозных движений и всех остальных конфессий.

 

 

Автор: Сергей Игоревич ИВАНЕНКО - доктор философских наук, религиовед

 

 

ReligioPolis

 

Балагушкин Евгений Геннадьевич. Живительный эликсир или опиум прокаженного? Нетрадиционные религии, секты и культы в современной России. – М.: ЛЕНАНД, 2014. 256 с.

 

[ii] Е.Г. Балагушкин (родился 9 ноября 1931 года), доктор философских наук (2006), ведущий научный сотрудник сектора философии религии Института философии Российской академии наук.

 

[iii] «Земля обетованная»- последний, неоконченный роман Ремарка, опубликован посмертно в 1998 году.

 

[iv] «Перестройка» (1986-1991 годы) – общее название периода, в течение которого по инициативе Генерального секретаря ЦК КПСС М.С. Горбачева в СССР предпринимались попытки осуществить демократические реформы и выработать новую идеологию.

 

[v]Понятие «социальная интеграция» (интеграция- лат.Integratio- восстановление, восполнение; лат. integer — целый) имеет несколько значений, в том числе: 1) принятие индивида другими членами группы; 2) процесс установления оптимальных связей между относительно самостоятельными, малосвязанными между собой социальными объектами (индивидуумами, группами, социальными классами, конфессиями) и дальнейшее их превращение в целостную систему, в которой согласованы и взаимозависимы её части на основе общих целей, интересов; 3) формы поддержания социальной системой устойчивости и равновесия общественных отношений.

 

[vi] Подробнее о причинах и проявлениях негативизма в отношении новых религиозных движений см.: С.И. Иваненко. Вторжение антикультизма в государственно-конфессиональные отношения в современной России. Санкт-Петербург: Издательство «Древо жизни», 2012 – 52 с.; Бертил Перссон. Борьба против сект. Идейные основы и их несостоятельность. М., 2012 – 189 с.; С.И. Иваненко. Обыкновенный антикультизм. Санкт-Петербург: Издательство «Древо жизни», 2012 – 104 с.



0 Comments


Recommended Comments

There are no comments to display.

Join the conversation

You are posting as a guest. If you have an account, sign in now to post with your account.
Note: Your post will require moderator approval before it will be visible.

Guest
Add a comment...

×   Pasted as rich text.   Paste as plain text instead

  Only 75 emoji are allowed.

×   Your link has been automatically embedded.   Display as a link instead

×   Your previous content has been restored.   Clear editor

×   You cannot paste images directly. Upload or insert images from URL.

Loading...
×
×
  • Create New...